Москвич в рамках археологического эксперимента ушел жить в лес

Теги:  Общество  лес  археология

Павел Сапожников совершенно сознательно отрёкся от всех благ цивилизации и ушел в далёкое прошлое, чтобы понять, как жили наши предки - без электричества, центрального отопления, без супермаркетов и аптек. Эксперимент, поначалу воспринимавшийся почти как забава, в реальности оказался жёстким, если не сказать жестоким.

Он сбежал от суеты и шума большого города. И не просто в лес. В дремучий IX век. Построил деревянный хутор под Сергиевым Посадом - амбар, хлев, колодец, ледник. Обзавелся хозяйством - козы да куры. И теперь только усмехнется на мечты обывателей - эх, хорошо бы в прошлое - Древняя Русь, природа, натуральная еда. Павел Сапожников точно знает, что жизнь в IX веке современному человеку покажется настоящим кошмаром.  Вечно в саже, печку ведь топят только по-черному, а в слякоть и дождь всегда с мокрыми ногами. И что уж там включается - генетическая память, личная изобретательность - методом проб и ошибок он ищет свой способ держать ноги в тепле.

Путешествие в прошлое для Павла обычное дело: он давно и всерьез занимается исторической реконструкцией. Но впервые ушел вглубь веков так надолго. На хуторе - почти полгода. Это научный эксперимент. Точнее - экспериментальная археология. "Его окружают только эти предметы, сделанные как копии археологических находок. И, соответственно, мы смотрим, что с этими предметами происходит, как они используются, как они ломаются", - рассказывает историк Михаил Сусанов.

Еда тоже из IX века. В меню у Павла в основном каши - пшеница, рожь, овес. Есть козье молоко и яйца. А на десерт - сушеные яблоки, клюква и мед.

Лес стал одним из главных разочарований. В IX веке он позволял выжить и прокормиться. А в XXI в нём, конечно, можно собирать ягоды-грибы и даже заготавливать дрова. Только вот охотиться совсем не на кого. Но это особенность Подмосковья. В тайге, видимо, с охотой было бы проще.  

А вот уборка или стирка везде одинаково проблематичны. Пока раскалишь камень, согреешь им воду. Да и результат оставляет желать лучшего. "Было такое понятие как изгой - человек по какой-то причине из родового общества выпал. И он становился изгоем, то есть никем, и вот он жил примерно в тех условиях, в которых сейчас живет Павел", - говорит Михаил Сусанов

Общение с внешним миром у Павла ограничено. Раз в месяц приезжают друзья и журналисты. Да и то на территорию хутора не заходят, беседуют через забор. Средств связи у него тоже нет, и позвонить в случае опасности или болезни он просто не сможет. А болезни были. Одно время долго держалась температура. "Коз все равно доить надо? Надо. Хлев чистить надо? Надо. Еду себе готовить надо? Свет, обогревать дом, все это - надо. И никому не важно - есть у тебя температура или нет", - говорит руководитель эксперимента "Один в прошлом", директор агентства исторических проектов "Ратоборцы" Алексей Овчаренко.  

Прекращение эксперимента возможно только в состоянии действительно угрожающем жизни. Впрочем, были и психологические срывы. Еще в самом начале проекта сильно - пусть и за дело! - побил козу. Она получила такие травмы, что пришлось зарезать и съесть. За экспериментом постоянно следит психолог. Павел и сам ведет дневник видеонаблюдений. Фиксирует всё - малые и большие открытия. И свое состояние, которое, как выяснилось, сильно зависит от погоды.

Экспериментальная археология за рубежом давно популярна. В Москве это один из первых, но самых долгосрочных опытов. Научную чистоту и пользу эксперимента еще оценят эксперты. 22 марта в день весеннего равноденствия Павел покинет хутор. А эксперимент собираются продолжить, не исключено, что назад в прошлое в следующий раз отправится целая семья.

Юлия Богоманшина, Михаил Чураков, Владимир Петров. "ТВ Центр".

Другие новости

В других СМИ