Караганов: операция в Сирии должна связать руки международным террористам

Теги:  Политика  сирия  сша  терроризм  украина  иг

Гость программы "Право знать!" на канале "ТВ Центр" – декан факультета мировой политики и экономики Университета ВШЭ, почетный председатель совета по внешней и оборонной политике Сергей Караганов.

Зачем мы начали операцию в Сирии и сколько она продлится? Нужны ли России хорошие отношения с США? Есть ли в мире идеология, способная противостоять мощной исламской идеологии? Может ли Украина обратиться за оружием к США? На эти и другие вопросы ответил декан факультета мировой политики и экономики Университета ВШЭ Сергей Караганов.

Обстоятельства, вынудившие Россию начать операцию в Сирии

"Первое и главное – это попытаться предотвратить превращение огромной территории в рассадник международного терроризма. Второе – связать руки международным террористам, чтобы они воевали друг с другом, а не лезли к нашим границам. Третье – усилить внешнеполитические позиции России в торге по многим вопросам. Четвертое – создать условия, когда Россия сможет на будущей мирной конференции по Сирии играть сильную роль. Пятое – возможно, создать условия для взаимодействия с европейскими и американскими партнерами".

Какими сроками ограничена наша операция в Сирии?

"Думаю, что ограничена целью – созданием какого-нибудь анклава, где алавиты и христиане могли бы жить в относительной безопасности, и, возможно, потом создать условия для переходного правительства, которое могло бы контролировать часть сирийской территории.

Также надо понимать, что весь Ближний Восток в силу внутренних причин и глупого, бесцеремонного и безответственного вмешательства Запада вступил в период десятилетий нестабильности. И эту нестабильность придется контролировать.

Наше участие – это рискованная операция. Мы не пойдем туда с войсками, но какие-то войска там будут для защиты баз. И нужно готовиться к тому, что мы можем оттуда и уйти, не добившись своих целей. Потом что опыт американцев, опыт Советского Союза показывает, что легко начать войну, но очень трудно из нее выйти".

Возможно ли соглашение между Россией и США?

"Думаю, мы заблуждаемся насчет того, что мы можем кардинально договориться с США. Сейчас, по-моему, в России не слишком заинтересованы в слишком хороших отношениях с Америкой. И в Америке сильно раздражены Россией. Даже не столько Россией, сколько тем, что за последние двенадцать лет произошло чудовищное обрушение американских позиций. Американские партнеры потеряли стратегический ориентир, проиграли все и вся. А Россия своей жесткой и задорной политикой это подчеркивает.

Добрые отношения с Америкой в прошлые десятилетия нам практически ничего не дали. В 1990-е годы, в начале двухтысячных мы много уступали, думали, что если мы будем кланяться, то нас полюбят. Не полюбили".

Отношение американцев и европейцев к ситуации в Украине

"И американцы, и европейцы разочарованы тем, что происходит в Украине. Они сами себя обманывали, что там могут быть подъем, реформы, демократическое развитие. Там, к сожалению, все происходит в обратном направлении. И не исключено, что американцы и европейцы хотят дистанцироваться от этой ситуации, чтобы не нести прямую ответственность за возможное обострение ситуации и дальнейший обвал Украины".

Какова будет стратегия Индии и Китая в ближневосточном кризисе?

"Выясним через несколько месяцев. Но китайцы и частично индусы хотят отсидеться за нашей спиной. При этом китайцы наращивают свое присутствие на Ближнем Востоке. Мое видение нашей политики таково: у нас есть проблемы с Западом, высококлассная дипломатия, политическая воля, мозги и качественные вооруженные силы. К сожалению, у нас нет реформ в экономике. Поэтому мы решили играть тем, что у нас есть. А китайцы пытаются играть тем, что у них есть. Но мы друг друга дополняем. Кто от этого выиграет? Я надеюсь, и те, и другие".

Может ли Украина обратиться за оружием к США?

"Безусловно, у Украины есть суверенное право обратиться за военной помощью к США. Безусловно, у США есть суверенное право эту помощь оказать. И, безусловно, у России есть суверенное право отреагировать на это жесточайшим способом, о чем наши партнеры очень хорошо знают.

Есть ли в мире идеология, способная противостоять идеологии ИГИЛ?

"Такой идеологии нет, и пока она не проглядывается. Ищем ее. Один из элементов поиска – это понять, ради чего мы живем. Уходит христианство, идет взрывной рост ислама. Понятно, что ставка на материализм перестает работать. Возникают новые мощные движения, одно из которых – подъем так называемого "Исламского государства" (организация запрещена на территории России – прим. ред.). Придется его ограничивать не борьбой идеологий – я не думаю, что мы можем что-то реально ему противопоставить альтернативное. Но нужно защищать своих собственных мусульман и работать с ними. Надо экономическими, геополитическими, военными способами подавлять терроризм".

Могут ли внешние вызовы подтолкнуть Россию на то,  чтобы заняться внутренними проблемами?

"Когда шла крымская операция, я понимал, что предстоит, но я считал, что это заставит нас заняться главным – радикальными внутренними экономическими реформами, которыми мы не занимаемся уже восемь лет, болтая о модернизации, о том, что мы превратимся в энергетическую сверхдержаву. Но пока не получается".

Другие новости

В других СМИ