Ее назвали шедевром уже на первой выставке - Павел Третьяков готов был сразу купить картину известного в то время мариниста. Но коллекционера опередил император Николай I. "Девятый вал" Ивана Айвазовского стал не только визитной карточкой художника, но и самым известным экспонатом Русского музея. Со дня открытия зрители сразу шли именно к этому творению гения морской стихии.
"Как только мы заговорили о том, что Девятый вал" уедет из Академического зала номер 14 знаменитого, как пошли письма людей, которые говорят, как? Не будет Айвазовского, а куда мы придем? Как это без Айвазовского? Нет, нет, пожалуйста, этого не делайте. Ну, мы дрогнули, честно говоря, думаем, ну, острой необходимости нет. Окей, оставим до лучших времен", - рассказала Алла Манилова, генеральный директор Государственного Русского музея.
Трагедия или шанс на спасение? Тайны “Девятого вала” будоражат умы даже спустя 176 лет. Такая реалистичность, уверены искусствоведы, это личные воспоминания Айвазовского - его судно попало в шторм в Бискайском заливе. В прессе даже напечатали - русский маринист погиб. А Айвазовский в разгар стихии вышел на палубу. Позже он скажет: "Море - это моя жизнь". И меньше чем за две недели по памяти напишет свой главный шедевр.
"Это в дальнейшем отчасти ослабило связь красочных слоев, потому что он писал по непросохшему красочному слою, какая-то там могла пыль на него попасть. Он зачастую мог недостаточно задумываться о межслойной обработке. И, конечно, работая именно с картинами Айвазовского, мы обращаем внимание именно на этот фактор", - отметил Марат Дашкин, заведующий отделом реставрации станковой масляной живописи Государственного Русского музея.
Состояние картины, решил реставрационный совет, удовлетворительное. Хотя полотно не раз наматывали на вал. Творение Айвазовского видели не только в России, но и в Европе, Японии. Время пришло. Картина состарилась. Появились изломы.
"Здесь есть участки, где очень частые параллельные изломы привели к тому, что приподнятости вдоль них обрушили уже маленькие микрокраешки - и получились утраты авторской живописи", - указала Ольга Кленова, руководитель проекта, ведущий художник-реставратор Государственного Русского музея.
Это первая в истории картины комплексная реставрация. Исследуя слои краски, использовали весь арсенал - от рентгена и поляризационного микроскопа до ультрафиолета. Рассмотрели первоначальную задумку автора.
"На этом рисунке мы видим, как работал художник. некоторые волны не соответствуют изначальным задумкам. Некоторые волны находились в других местах. А также есть более ранняя мачта, которую он сначала изобразил, затем закрасил", - объяснил Вячеслав Торопов, заведующий отделом технологических исследований Государственного Русского музея.
Впереди масштабные работы - укрепят красочный слой, обновят чуть потемневший от времени лак. Исчезнет мелкая сетка трещин, которая сейчас, может, и не бросается в глаза, но искажает оптическое восприятие картины. За виртуозным мастерством реставраторов посетители Русского музея смогут наблюдать через стекло. А вот историческую раму восстанавливают уже в особой мастерской. В прошлом столетии утраченные элементы заменили мастикой - сейчас их вырезают из липы.
Реставрация позолоченной рамы - это мастерство и немного фантазии. Профессионал буквально на глаз выбирает способ, как состарить обновленное покрытие. Яркий блеск сусальной позолоты приглушают акварельной тонировкой. И только специалист заметит разницу.
В Академический зал "Девятый вал" вернется уже этой осенью. Русский музей готовит монографическую выставку романтика, который готов находить в море каждый раз нечто новое.