Ситуацию вокруг Украины с ведущим программы "События. 25-й час" обсудил Ростислав Ищенко, обозреватель международной медиагруппы "Россия сегодня".
- Эксперты по обе стороны пытаются похоронить дипломатические усилия, которые кто-то может предпринять для урегулирования украинского кризиса. При этом, мне кажется, они больше ориентируются на медиашум, который любят создавать журналисты, политики. Но, несмотря на разного рода ультиматумы, которые нам выдвигают, на безумные комментарии, которые звучат в Европе, все равно дипломатический трек для урегулирования этого конфликта все равно остается основным и рассматривается все-таки всеми акторами. Он не похоронен.
- Ну, в философском плане вы, безусловно, правы. Потому что любые войны заканчиваются миром, а мир требует дипломатического урегулирования. Но я бы не сказал, что так уж неправы эксперты, которые реагируют на сиюминутное заявление, потому что это отражает настоящую реальность. А нынешняя реальность такова, что, в общем-то, все стороны пришли к выводу, что они пока что договариваться не готовы. У всех есть предложения, но всех не устраивает предложение оппонента, поэтому необходимо усилить свою позицию.
Вы видите, что, допустим, Европа пытается усиливать свою позицию, накачивая Украину оружием и создавая там проблемы. В Беларуси, на других участках нашей границы. Мы усиливаем свою позицию. Путин сказал, что не хотят договариваться, мы не снимаем это с повестки дня, мы будем договариваться, когда захотите, но мы готовы и победить на поле боя Украину. И после этого опять прийти с предложениями о договоренности. Понимаете, победить, одержать окончательную победу в СВО, как он сказал, значит лишить противника возможности вести боевые действия. Но с учетом того, что Зеленский собирается воевать до последнего украинца, лишить противника возможности вести боевые действия: можно еще на левом берегу, можно уже на правом, а можно на западной границе Украины. То есть это первое заявление российских властей, российского лидера о том, что мы не исключаем выхода на западную границу Украины. Если не хотите договариваться, будем побеждать. Понятно, а после этого будем договариваться.
То есть в философском плане, в стратегическом, абсолютно правы. Потом всё равно будут переговоры. Но на данный момент действительно все эксперты констатируют, что идёт эскалация. Нам предложили повысить ставку. Мы согласились, мы приняли предложение, мы повысили ставку. И говорим: ну всё, сейчас очередной уровень эскалации пройдёт, дальше что будем делать?
- И при этом обсуждается уже в драматических таких тонах "дух Анкориджа". Но мне кажется, здесь многие политологи делают действительно драматическую ошибку. Потому что Владимир Путин никогда не говорил о договоренностях в Анкоридже, он говорил о модальностях. Это некие контуры возможных договоренностей. Когда Рубио сказал, что договоренностей не было, это не означает, что стороны не обменялись там мнениями, что Трамп или Путин забыли позиции, которые там были изложены. И когда после встречи стран "Группы семи" раздались радостные крики: все, Трамп на нашей стороне, он принял европейскую позицию. Мне кажется, это просто пустой звон. Трамп, когда дело дойдет до Украины, он все равно остается одним из основных акторов. И если надо, с европейцами он живо пересдаст карты заново.
- Да, но это не означает, что Трамп сдает наши карты. Трамп играет за Соединенные Штаты. В этом покере Трамп играет за Соединенные Штаты. И поэтому, когда мы говорим о духе Анкориджа, да, совершенно правильно, там не было никаких соглашений, и не могло быть, потому что соглашения подписываются с Украиной. Ну у нас конфликт с Украиной. Соединённые Штаты там вообще выступали в качестве посредника. Поэтому что мы можем подписать с посредником? Контракт о посредничестве? Больше ничего, да?
Мы там обвинялись мнениями, но надо учитывать, что хотя Соединенные Штаты добросовестно транслировали наше мнение Украине, и даже добросовестно Трамп говорил Зеленскому: если ты сейчас не подпишешь, то Путин у тебя уничтожит страну. Он не просто в это верил, это примерно соответствует реальности, потому что у нас особых вариантов нет. Либо Украины нет, либо Украина существует на наших условиях.
Но не надо забывать, что у США была еще одна позиция, своя, которую они тоже не забывали транслировать, и которую Россия постоянно отбивала как неприемлемую для нас. Они говорили: вот сейчас будут подписаны соглашения с Украиной, вот российские условия, Украина должна их принять, она должна пожертвовать территориями и так далее. Но дальше мы, весь Запад, получается, Соединенные Штаты, дадим Украине гарантии безопасности, причем предполагающие даже размещение западных войск на Украине. Россия каждый раз говорила по этому поводу: гарантии безопасности Украине может дать только Россия. Это один из элементов большой игры, которую никто не остановит. Даже если завтра мы проснёмся, Украины нет, всё равно будет идти борьба с Соединёнными Штатами, с Европейским Союзом. Они не готовы к компромиссу. Мы готовы, они нет. Если они не готовы к компромиссу, значит идёт этап принуждения к компромиссу.