Страшнее, чем коронавирус: как Москву спасали от черной оспы

Включился механизм защиты общества от чрезвычайной ситуации

Человечеству вообще - и нам в частности -  приходилось сталкиваться с куда более опасными напастями, чем коронавирус. К примеру, в 1959 году в нашу столицу совершенно случайно завезли давно забытую в нашей стране опаснейшую болезнь - черную оспу.

До нового 1960-го года оставалось несколько дней. С целым ворохом подарков  летел домой, в Москву, известный художник Алексей Кокорекин. Дважды лауреат Сталинской премии возвращался из творческой командировки в Индию. Сначала одарил любовницу, на следующий день - жену. Встретился с друзьями, с коллегами.  Через несколько дней Кокорекину становится плохо, он попадает в Боткинскую. И очень быстро умирает. С пугающим диагнозом - "чума под вопросом".

"Никто не мог понять, что там происходит, потому что начали болеть те люди, где лежал художник Кокорекин. Его вскрыли, но диагноз поставить не смогли. И это не удивительно", - рассказал вирусолог Виктор Зуев. 

Виктор Зуев в то время был совсем молодым вирусологом. Он не видел, да и не мог видеть оспу. В Советском Союзе она давно была уничтожена, попросту сдана в архив - библиотек мединститутов. Остались лишь черно-белые рисунки в учебниках и данные о том, что  входит в  "первую группу опасности". Косит целые страны. Передается воздушно-капельным путем, распространяется моментально и не лечится. Понимание пришло лишь тогда, когда  нашелся человек,  который помнил её в лицо. Он поставил страшный, но точный диагноз.

Дальше события развивались молниеносно. Включился гигантский механизм защиты общества от чрезвычайной ситуации. Руководство страны мобилизует все силы санитарно-эпидемиологической службы, подключает милицию и КГБ. Ищут всех, с кем общался Кокорекин. Даже трудно представить, сколько жизней спасла четкая быстрая работа. Если бы не вовремя принятые меры, ситуация могла быть катастрофической. Ведь в первые дни скончался даже истопник, просто проходивший по коридору Боткинской мимо палат с больными.

Самолеты даже разворачивали. Вычислив, что один из членов той самой индийской делегации летит за границу, его попросту вернули в Москву. Зять скончавшегося художника - Владимир Петросян - тогда был студентом Московского химико-технологического. Отлично помнит, как к нему в общежитие приехал человек, задал несколько вопросов. На следующий день в больницу отвезли и Владимира, и его сокурсников.
Пока тысячи людей сидели на карантине, в Москве начали поголовную вакцинацию. Своих запасов не хватало,  доставляли из других городов, задействовав  реактивные самолёты. 7 миллионов прививок сделали за 5 дней. Кололи даже умирающим. Ни паники, ни истерик среди населения не было. На спасение города  понадобился всего один месяц. Уроки были извлечены. Гораздо больше времени ушло на то, чтобы окончательно ликвидировать оспу на планете. Советский Союз предлагал свою программу Всемирной организации здравоохранения еще за год до событий в Москве. 

Мы предлагали - нас упорно не слышали. Вскоре выяснилась причина. У ВОЗ тогда в приоритете была программа по ликвидации малярии, которую продвигали американцы. Подумаешь, оспа. Когда есть возможность освоить аж 2 миллиарда долларов. То, что малярию так и не искоренили, вовсе не случайно.

Ольга Стрельцова, "В Центре Событий", "ТВ Центр".

 

Все самое интересное - в нашем канале "Яндекс.Дзен" Еще больше новостей - у нас в Telegram
Новости по теме
Работники лаборатории Московского оспенного центра
Работники лаборатории Московского оспенного центра
СЛЕДУЮЩАЯ НОВОСТЬ